+7 (999) 219 - 91 - 91
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 2, 2018 г.

Праведник народов мира

Геннадий Короткевич

Родился Антон Митрофанович Кецко 14 февраля 1907 года в деревне Замогилье Краснослободского (ныне Солигорского) района Минской области в семье крестьян. По национальности белорус. В семье было шестеро детей: Прасковья, Николай, Татьяна, Влас, Степан и Антон. С 10 лет Антон трудился пастухом, в 21 год работал лесником и кузнецом. В 15 лет на праздник Троицы Антон в первый раз посетил богослужение в молитвенном доме в Слуцке. Шёл 1922 год.

Деревенский мальчик, ничем особо не приметный, скромный, трудолюбивый, очень любил природу, был приучен родителями угождать людям. Регулярно стал посещать богослужения в 1923 году в Слуцкой церкви баптистов. В раннем возрасте родился свыше и 18 августа 1928 года в Старобинской общине евангельских христиан принял святое водное крещение по вере, стал членом церкви и очень скоро – пламенным и искренним проповедником.

В 1927 и 1930 годах Антону Кецко было отказано в призыве в РККА (рабоче-крестьянская Красная армия). Причина отказа гласила: «евангелист».

В 1930 году за проповедь Евангелия Антона Кецко арестовали в Слуцке и направили в лагерь на строительство железной дороги Орша – Лепель. Ему было всего 23 года. Освободился в 1933 году.

После освобождения (на одном из богослужений в Слуцке) Антон познакомился с сестрой Ниной из деревни Волосач, что под Руденском. И в том же 1933 году Антон и Нина решили пожениться (ему было 26 лет, ей – 23). Так как в Минске общины были закрыты, служители все были в лагерях за веру во Христа и проповедь о Нём, а церковь евангельских христиан в Минске несла своё служение до 1933 года, то сочетал молодожёнов брат Чечнёв Виктор Николаевич, который с 1923 по 1930 год был старшим пресвитером евангельских христиан по Восточной Белоруссии.

Сочетали тайно на квартире в присутствии 10–12 самых близких людей. Нина была из баптистов, а Антон – из евангельских христиан. В своих воспоминаниях Кецко пишет, что их брак послужил сближению баптистов с евангельскими христианами.

Любопытная встреча произошла около 1935 года, когда Кецко руководил бригадой строителей на территории 4-й кавалерийской дивизии под командованием Жукова (г. Слуцк). На проверку строительства военного объекта приехал Ворошилов и, оставшись довольным результатами, приказал выдать бригаде строителей премию в 1 000 рублей (на всех).

Из-за того что на работе в УВСР94 (Управление военно-строительных работ) в Слуцке одна женщина начала кампанию по дискредитации Кецко, говоря, что он верующий и лишенец (бывший осуждённый по политической статье), а занимает пост в руководстве постройкома, – его выгнали с этой работы за веру в Христа. Это было сделано из зависти, потому что Антон Митрофанович был очень добросовестным работником, достигшим высоких показателей в работе.

Кецко с женой уехал жить на Урал.

С 1937 д о 1940 года Антон Кецко работал прорабом н а Белорецкой железной дороге. Его хотели оклеветать бухгалтер и нормировщик, которым очень не нравилось, что Кецко верующий. Они обвинили его в перерасходе средств на зарплату рабочим и подали на него в суд. Суд оправдал его, но судья посоветовал Антону Митрофановичу сменить место жительства.

В 1940 году Кецко уехал в Минск. Работал в Фаниполе прорабом на военно-строительных работах. Затем был переведён прорабом на строительство 4-го корпуса авиазавода (ныне – литейный цех тракторного завода) в Минске. Строительство завода происходило под непосредственным руководством Сталина, который давал указания форсировать темпы строительства, как будто знал, что могут не успеть. А. М. Кецко, работая на стройке военного значения, сразу после нападения фашистских войск на СССР по приказу свыше участвовал в строительстве бомбоубежища в Минске на территории авиазавода.

В конце июня 1941 года он попытался с семьёй эвакуироваться, но попытка не удалась.

Так как не было средств для пропитания семьи в деревне, вернулся в Минск. Устроился на работу стекольщиком при военном госпитале. В помощники взял себе Владимира Канатуша.

С первых дней войны верующие стали собираться на богослужебные собрания, которые с 1937 года в Минске были запрещены. Поначалу собирались 17 человек. Вскоре командующий оккупационными войсками издал приказ о расстреле на месте за любые собрания без уведомления и разрешения власти. А. М. Кецко обсуждал дальнейшие действия на работе с В. Канатушем. Братья понимали свою ответственность перед Богом за жизнь всех верующих, за стариков и старушек. Молились, просили Божьего водительства. Они боялись не столько за себя, сколько за жизнь других детей Божьих.

Во время оккупации Кецко получил разрешение на проведение богослужений на белорусском языке по всей Белоруссии. В Минске, в центре города, им было выделено помещение – бывший рыбный склад. Верующие Минской церкви ЕХБ под руководством Кецко, который был строителем, отремонтировали это здание. Было совершено освящение Дома молитвы.

В январе 1942 года Антона Кецко избрали пресвитером Минской церкви ЕХБ. В то время среди населения в оккупированном Минске был большой духовный подъём, община насчитывала до 130 членов. В Минске во время оккупации было более 600 детей, оставшихся без родителей и содержавшихся в 6 приютах. Староста городской управы Ивановский предложил православной церкви взять под опёку два приюта, католической – также два и Минской церкви ЕХБ – остальные два. Что и было сделано.

В дни оккупации Минска, по предложению директора детского дома № 7 Веры Спарнинг (Ворониной), Кецко организовал большую материальную помощь Минским детским домам № 2 и № 7, в которых содержалось 126 детей разных национальностей, в том числе и 72 еврейских ребёнка. По всей Белоруссии для детдомовских детей собирали продукты, одежду, обувь. Ему в этом активно помогали жена Нина Адамовна и члены церкви.

Помимо этого, оказывалась посильная помощь всем нуждающимся. Так, Минская церковь ЕХБ выдавала справки партизанам, а также людям, попавшимся гитлеровцам за связь с партизанами, о том, что они посещали молитвенный дом, чтобы они могли беспрепятственно выехать из города. А. М. Кецко лично ходил в гестапо, чтобы ходатайствовать о людях, говоря, что они посещают его церковь, чтобы спасти их от смерти.

Оккупационные власти часто проверяли детские дома на наличие еврейских детей с целью их уничтожения. Поэтому некоторых еврейских детей стригли наголо, чтобы в них трудно было узнать евреев, а некоторых прятали и вместо них показывали нацистам дочерей Кецко (Лидию и Валентину) и детей других верующих.

Гитлеровцы беседовали с детьми с целью узнать, кто они и их родители. Конечно, был риск разоблачения, но Господь миловал. Результатом деятельности Кецко совместно с руководителями приютов стало то, что все 126 детей из двух приютов были спасены от голодной смерти, а 72 еврейских ребёнка – от расстрела.

Предупреждал о проверках детских домов оккупационными войсками с риском для своей жизни немецкий офицер Герхард Крюгер.

Во время войны А. М. Кецко удалось издать 15 000 экземпляров Нового Завета и 5 500 песенников на белорусском языке, что вменилось ему в дальнейшем в антисоветскую деятельность.

Также Антон Митрофанович участвовал в выводе военнопленных из концлагеря при помощи троих немецких офицеров (Крюгера, Фурмана и Ноя).

Незадолго до освобождения Минска, 30 июня 1944 года, Антона Митрофановича вместе с семьёй принудительно отправили на работу в Германию. После возвращения в Минск в октябре 1945 года А. М. Кецко устроился на работу в Академию наук, где проработал столяром всего 6 дней. Его арестовали по пути на работу 2 ноября 1945 года. Вечером того же дня в комнату по ул. Пролетарской, д. 41, кв. 5, где жила его семья, пришла с обыском милиция. Так как дом их сгорел во время оккупации, жили у сестры жены в комнате размером 9 м 2 (семья Кецко с тремя детьми и семья сестры жены, всего – 8 человек). А 28 марта 1946 года военный трибунал войск НКВД Минской области осудил Кецко на 10 лет по статье 72б УК БССР («проведение контрреволюционной пропаганды и возведение клеветы на советскую власть») с конфискацией имущества. До 10 лет срок был уменьшен только благодаря ходатайствам со стороны персонала детских домов и спасённых детей. Отбывал Антон Митрофанович в лагере «Тахтамыгда» Амурской области. Вернувшись досрочно в 1953 году в связи со смертью Сталина, Антон Митрофанович работал в различных организациях в Минске на строительных должностях.

В 1967 году А. М. Кецко вышел на пенсию, его избрали старшим пресвитером церквей ЕХБ Минской области, а затем – заместителем старшего пресвитера Всероссийского Союза ЕХБ по БССР.

Подвиг Антона Митрофановича заключается в том, что, несмотря на самые сложные условия жизни (оккупацию, репрессии), он остался верным Христу, спасал жизни людей, рискуя своей жизнью. Кецко жил по Слову Божьему, остался верен своему кредо из Книги пророка Исаии: «Научитесь делать добро, ищите правды, спасайте угнетённого, защищайте сироту, вступайтесь за вдову» (1:17).

Отошёл в вечность служитель Божий 29 марта 1978 года, похоронен на Чижовском кладбище г. Минска. На его могиле, на надгробном памятнике, записаны слова апостола Павла из Второго послания к Тимофею: «Подвигом добрым я подвизался, течение совершил, веру сохранил; а теперь готовится мне венец правды, который даст мне Господь» (4:7–8).

Реабилитирован Антон Митрофанович посмертно 9 февраля 1994 года Минским областным судом. Институт катастрофы и героизма европейского еврейства в Иерусалиме «Яд ва-Шем» 25 февраля 2001 года удостоил Веру Спарнинг, а 16 ноября 2005 года – Василия Орлова (в городской управе г. Минска во время оккупации заведовал распределением бездомных и осиротевших детей), Антона Кецко и Марию Воронич (заведовала детским приютом № 2) почётного звания «Праведник народов мира» за спасение 72 еврейских детей в период оккупации. Праведники народов мира (на иврите: תומוא ידיסח םלועה , «хасидей умот хаолам») – почётное звание, присваиваемое израильским институтом «Яд ва-Шем» неевреям, спасавшим евреев в годы нацистской оккупации Европы, рискуя собственной жизнью (согласно израильскому закону о Памяти Холокоста, изданному в 1951 году).

На настоящий момент праведниками признаны более 26 000 человек из 51 страны (из них в Республике Беларусь – более 790). На именной медали праведника на двух языках – иврите и французском – выгравирована надпись: «В благодарность от еврейского народа. Кто спасает одну жизнь, спасает весь мир».

В Аллее праведников в Иерусалиме в честь Антона Митрофановича Кецко посажено дерево. На Стене памяти в «Яд ва-Шем» выбито его имя.

В настоящее время в зале № 6 Белорусского государственного музея истории Великой Отечественной войны в Минске экспонируются копия грамоты А. М. Кецко, его личная Библия, песенник христианских гимнов на белорусском языке. В фондах музея хранятся фотографии, письма, рисунки, стихотворения, автобиография и другие документы. Верующие разных конфессий и спасённые Антоном Кецко во время войны и их дети чтут память Антона Митрофановича.

Архив